— Нет, понимаешь. — Он сделал глубокий вдох. — Грейс, после всего того, что мы вместе пережили, ты могла бы ответить на мой вопрос.
Грейс смертельно побледнела и посмотрела мимо Тревиса, на Эйрин и Лирит, а потом вновь взглянула на него.
— Не знаю, как тебе объяснить, Тревис. Может быть, именно поэтому я не стала ничего говорить раньше, хотя, наверное, мне следовало. Но я думаю, что колдуньи…
— Эй, послушайте! — Громкий голос Фолкена перекрыл стук копыт. — Мы остановимся на несколько минут.
Тревис и Грейс остановили своих скакунов. Фолкен и Мелия соскочили с коней и склонились над чем-то в траве.
Грейс взглянула на Тревиса.
— Посмотрим, что они нашли?
Тревиса уже начали пугать вещи, которые находили бард и леди. Однако он спрыгнул на землю, взял Тиру из протянутых рук Грейс и поставил на землю. Грейс тут же оказалась рядом с ним. Они последовали за Фолкеном вместе с Эйрин, Лирит и Бельтаном. Дарж остался в седле, внимательно поглядывая по сторонам.
— Что это такое? — спросила Лирит, разглядывая молочный камень, торчащий из травы.
Тревис подошел поближе. Камень явно имел искусственное происхождение. Кто-то придал ему форму пирамиды, высота которой доходила Тревису до пояса. Хотя время сгладило поверхность камня, он разглядел на ней какие-то узоры.
— Это талмарен, — сказал бард, внимательно разглядывая камень. — Путевая веха — реликвия времен войны против Бледного Властелина, которая бушевала тысячу лет назад.
Голубые глаза Эйрин широко распахнулись, и она отступила на шаг назад.
— Реликвия? Нечто вроде пилона?
— Нет, — ответила Мелия. — Талмарены не имеют ничего общего с Бледным Властелином. Их поставили здесь таррасцы, которые воевали с Берашем. Каждый такой камень отмечал место, где проходило сражение, и служил указателем для тех, кто приходил сюда позднее.
Бельтан показал на путевую веху.
— И что тут написано? Боюсь, я не могу положиться на свое знание древнего таррасского языка.
Мелия опустилась на колени и провела тонкими пальцами по поверхности талмарена.
— Здесь пали Галарус из Золотого Горна и Тайлерос Молчаливый. Двадцать малтеру были сражены их стрелами, пока не появились силтери.
Тревис покачал головой.
— Кто они такие, Мелия? Малтеру и силтери?
Мелия встала.
— Малтеру на таррасском значит фейдрим. — Она обратила к Тревису свои янтарные глаза. — А силтери — бледные призраки.
Тревис поправил очки, и перед его мысленным взором вдруг возникли прозрачные призраки на склоне ближайшего холма, два блистательных воина, пускающих одну стрелу за другой в месиво серого меха и желтых клыков, но вот новые враги показались на вершине холма: бледные и смертоносные, как иней на стали клинка.
Голос Грейс заставил исчезнуть поразительное видение.
— Фолкен, один из символов на камне напоминает тот, что изображен на твоей броши.
Тревис взглянул на символ, высеченный на талмарене, о котором говорила Грейс: стилизованный узел с четырьмя петлями. Она не ошиблась — на серебряной броши, украшавшей плащ Фолкена, был точно такой же узел.
Бард прикоснулся к броши.
— Да, это символ Малакора.
Грейс нахмурилась.
— Но мне показалось, что ты назвал путевую веху реликвией Тарраса.
Теперь рассмеялся Фолкен, но его глаза оставались печальными.
— Совершенно верно. Малакор основала императрица Эльзара из Тарраса вместе с королем Ультером из Торингарта. Вот посмотрите. — Он провел пальцем по поверхности броши. — Этот символ немного отличается от того, который вырезан на камне. В центре узла расположена звезда Торингарта, а не солнце Тарраса.
Мелия вздохнула.
— Как же много храбрых воинов погибло в Войне Камней. Все это произошло так давно — и я забыла. А мне не следовало.
Фолкен положил руку ей на плечо, и в его выцветших голубых глазах появилась тревога. Мелия коснулась его пальцев, продолжая смотреть на тал марен.
Тревис поскреб рыжую бороду. С этим камнем связано нечто важное. Вот только что?
— Вы родились на юге, леди Мелия, не так ли?
Она обратила к Тревису свои блестящие глаза.
— Да, так, — ответила она.
Тревис перевел взгляд на Фолкена.
— А ты, Фолкен? Где родился ты?
— В Ашероне, — едва слышно проговорил бард.
Бельтан фыркнул.
— Ашерон? Никогда о нем не слышал.
Фолкен мрачно посмотрел на рыцаря.
— Потому что его больше нет.
Он отвернулся и молча зашагал к лошадям.
Бельтан грустно взглянул на Мелию.
— Мне следовало промолчать?
Мелия потрепала его по плечу.
— Дорогой, ты тут ни при чем. Боюсь, причина в его собственной боли. — И она посмотрела в спину уходящего Фолкена.
Бельтан пожал плечами..
— Барды.
Лирит рассмеялась.
— Хорошо сказано, сэр рыцарь.
Глава 67
По мере того как близился вечер, туман выползал из лощин, смыкаясь вокруг всадников.
Оставив талмарен, они по широкой дуге объехали дымящиеся руины нескольких каменных домов. Вскоре Тревис потерял счет сожженным деревням, фермам и хижинам, мимо которых они проезжали; с каждым днем их становилось все больше. Теперь он понимал, что Грейс права, когда утверждала, что они приближаются к эпицентру эпидемии.
Лагерь разбили рядом с цепочкой высоких деревьев — Тревис еще ни разу таких не видел; тонкие ветви заканчивались плоскими, темно-зелеными кисточками, воздетыми к небу, точно руки, ладонями вверх. Деревья шли вдоль ручья, раньше быстрого и полноводного, а теперь превратившегося в слабую струйку, сочащуюся вдоль покрытых илом камней. Им пришлось пить солоноватую воду с горьким привкусом.
— Сколько еще до Спардиса?. — спросила Мелия, когда Тревис вернулся к своим спутникам, наполовину наполнив водой фляжку.
Мелия стояла на коленях возле костра рядом с Эйрин — они вместе готовили ужин из скудных остатков провизии, которую им удалось найти в седельных сумках.
— В последнее время мы продвигаемся довольно быстро. — Бард заканчивал бриться остро наточенным кинжалом — подвиг, который регулярно совершали Бельтан и Дарж и на который Тревис не осмелился бы даже под страхом смерти. — Если выступим до рассвета, то завтра, перед закатом, будем в замке.
Бельтан фыркнул и оторвался от кольчуги, которую старательно чистил от ржавчины.
— Если туман будет и дальше сгущаться, мы никуда не доберемся, разве что свалимся в пропасть.
Дарж одобрительно кивнул:
— Хорошо сказано, сэр рыцарь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
